История русской философии - страница 3


64 Ibid., т. И, стр. 350.

" Так поступает, к примеру, Булгаков в собственной статье «Что дает современному сознанию философия Вл. Соловьева»; частично и кн. Е. T р у б е ц к о й.

«Особенно имеем в История русской философии - страница 3 виду Лопатина (см. его статью о Соловьеве в книжке «Филос. свойства и речи»).

Соловьева остается непримиренной67. Мотивы пантеизма, очень звучащие в его учении о «всеединстве», стоят рядом с философ­ской История русской философии - страница 3 дедукцией Троичного догмата...

Обратимся потому, сначала, к учению Соловьева об Аб­солютном.

Абсолютное, по Соловьеву, преподносится нам во всем. «Бе­зусловно сущее... есть то, что познается во всяком познании», — гласит Соловьев (в «Критике отвлеченных История русской философии - страница 3 начал»); «всякое позна­ние держится трансцендентным... всякая реальность сводится к бесспорной действительности»68. Б этом чисто платоновском определении пути к Абсолютному Соловьев лицезреет в Абсолютном последнюю базу всякого бытия — Абсолютное тут не История русской философии - страница 3 отделе­но от космоса, оно усматривается нами «сквозь» мир, — оно есть Единое и в то же время в нем заключено «все». Абсолют есть таким макаром «Всеединое» — ив этой метафизической рамке Абсолют и космос История русской философии - страница 3 коррелятивны, друг дружке, т. е. «единосущ­ны». Потому везде и всюду, читаем мы в «Фил. началах...»69 — «глубже всякого определенного чувства, представления и воли ле­жит в нас конкретное чувство абсолютной История русской философии - страница 3 действитель­ности». В «Чтениях о Богочеловечестве» Соловьев пишет70: «Дей­ствительность бесспорного начала, как имеющегося в самом для себя независимо от нас, реальность Бога (как и вообщем не­зависимая реальность какого бы то ни История русской философии - страница 3 было другого суще­ства, не считая нас самих) не может быть выведена из незапятнанного разума, не может быть подтверждена чисто логически». Это убеждение в не­посредственной д анно сти нам Абсолюта было История русской философии - страница 3 у Соловь­ева всю жизнь. Отвергая всякие подтверждения бытия Божия71, Со­ловьев пишет: «Существование божественного начала может утверждаться только актом веры». А в одном из более поздних трудов, в «Оправдании Добра История русской философии - страница 3», он пишет12: «В реальном религи­озном ощущении дана реальность ощущаемого... Действи­тельность Божества не есть вывод из религиозного чувства, а содержание этого чувства, — то самое, что ощущается».

Абсолютное, конкретно ощущаемое «сквозь» мир История русской философии - страница 3, было, естественно, для Соловьева тождественно с понятием Бога; воп­роса же о том, как можно сближать, а тем паче отожеств­лять «абсолютную действительность», находимую в глубине дан­ной нам действительности, с История русской философии - страница 3 религиозным восприятием Божества,

67 С особой отчетливостью это показал кн. Е. Трубецкой в собственном труде о Соловьеве.

68 Соч., т. И, стр. 306, 308.

" Соч., т. I, стр. 347. Эти слова практически повторены в «Критике отвлеч. начал», т История русской философии - страница 3. II, стр. 308.

70 Соч., т. III, стр. 32.

71 Ibid., стр. 35.

72 Соч., т. VIII, стр. 191, 193.

Соловьев для себя не ставил. А меж тем эта неувязка, поставлен­ная еще в древней философии (начиная, по-видимому История русской философии - страница 3, с средней Стой, во всяком случае, у Филона), отожествившей абсолютное, находимое нами в мире (= платоновские идеи), с «мыслями» Бога, таила внутри себя источник диалектической неурядицы у Соловьева; нам необходимо на данный момент углубиться в История русской философии - страница 3 это, чтоб осознать предпосылки его рассуждений.

Метафизика Соловьева есть метафизика «всеединства», и в ней потому — тут, непременно, сказывается воздействие Спинозы и Шеллинга — Абсолютное не мыслится отдельным от мира. Не­удивительно потому, что нигде История русской философии - страница 3 в его системе мы не встречаем ясной идеи творения мира, как извечной библейско-христианской идеи о взаимоотношении Абсолюта и мира. Напротив: как невоз­можно, по Соловьеву, существование мира без его История русской философии - страница 3 Абсолютной базы, — так и назад: нереально мыслить Абсолютное вне мира. Правда, «абсолютное Первоначало нужно мыслить не быти­ем, а сущим,73 и даже, поточнее, сверхсущим»74. Но хотя и утверж­дал Соловьев, что «действительность История русской философии - страница 3» Абсолютного не может быть выведена «из разума», но, утвердивши его реальность, Соловьев на данный момент же перебегает (в раскрытии этого содержания Абсолютного) на путь рациональной дедукции. Это сказывается в особенности резко История русской философии - страница 3 в построении понятия «второго Абсолютного » либо «становящегося Абсолютного». Начиная с «Фил. начал...» и до конца жизни Соловьев держался различения в понятии Абсолют­ного «двух полюсов»75, но если «первое Абсолютное» (Полностью сущее либо сверхсущее), по убеждению История русской философии - страница 3 Соловьева, нам открыва­ется конкретно в собственной реальности, то действитель­ность «второго Абсолютного» раскрывается всецело «из разу­ма» — в итоге рациональной дедукции76. Кстати сказать, здесь же77 Соловьев кидает упрек пантеизму в том История русской философии - страница 3, что он «всегда сме­шивает и отожествляет "2-ое Абсолютное" с "первым"»,— но как сам Соловьев свободен от этого упрека? Не входя пока в анализ этих 2-ух понятий об Абсолютном, дозволительно сразу сказать История русской философии - страница 3, что «второе Абсолютное», которое есть не что другое, как космос в целом, или характеризуется тем, что оно «стано­вится» тогда и — в каком лее смысле оно «Абсолютно»? Если же оно История русской философии - страница 3 подлинно полностью, то что означает в нем его «становление» и можно ли его вправду отличать от «первого Абсолютно­

73 Соч., т. I, стр. 333. Ср. т. II, стр. 305 слл.

74 Ibid., стр. 334, т. II, стр. 306.

75 Тут очевидно История русской философии - страница 3 сказывается воздействие эманатизма Каббалы (как это видно из незапятнанного употребле­ния термина «эн-соф». См. Соч., т. I, стр. 375).

76 В особенности ясна диалектика этих понятий в «Критике отвлеч. начал». Соч., т. II История русской философии - страница 3, стр. 317 слл.

77 Ibid., стр. 319.

го»? Не имеет ли различение 2-ух «типов» Абсолютного у Соло­вьева надуманный либо чисто словесный нрав, тогда и далек ли он сам от пантеизма?

«Второе Абсолютное История русской философии - страница 3» это, в сути, «идеальный космос» (kosmos noetos) Платона — «начало либо производящая сила бытия, т. е. множественность форм»78 либо «идея»79. Далее оказывается, что «второе Абсолютное» «само по для себя, в отдельности от абсо­лютного История русской философии - страница 3 первоначала, существовать не может». Некие харак­терные дополнения к этому учению находим в «Критике отвлеч. начал», где «второму Абсолютному» усвояется некоторая двойствен­ность — в нем «есть божественная мысль, как форма История русской философии - страница 3 всеединства, и элемент вещественный, ощутительная множественность природно­го бытия»80. Сам Соловьев считает это «двойственное существо» (т. е. все то же «второе Абсолютное») «загадочным и таинствен­ным»81. Следовало бы сказать, ловя Соловьева на слове, что История русской философии - страница 3 и для него самого «второе Абсолютное» осталось «таинственным и за­гадочным». Саму идею «второго Абсолютного» он взял у Шеллин­га82, и она сходу оказалась ему подходящей (чтоб утвердить принцип «всеединства»). Шеллинг История русской философии - страница 3 дал подсказку Соловьеву это принятие «двух полюсов» в Абсолютном; раз утвердившись в этом учении, Соловь­ев всегда бьется вокруг «таинственности и загадочности» мира, как Абсолютного... В каком направлении идея Соловьева исполь­зовала идею История русской философии - страница 3 «становящегося Абсолютного», это полностью уяс­няется уже в «Чтениях о Богочеловечестве», где это «становление» Абсолютного связывается с христианской мыслях Боговоплощения. Но идея Соловьева, скованная не одними Спинозой и Шеллингом, да и История русской философии - страница 3 Каббалой и другими магическими учениями, строит тут очень запутанную систему мыслях. С одной стороны (под несомнен­ным воздействием позднего Шеллинга), Соловьев строит понятие о «ста­новлении» мира в Абсолютное так, чтоб История русской философии - страница 3 связать это становление с неувязкой зла, с учением о некий домирной «катастрофе» либо «падении». С другой стороны, в этой запутанной диалектике мыслях Соловьев переносит весь центр масс ее на тему о человеке. Нужно мыслить История русской философии - страница 3, что так родился весь непростой план «Чтений о Богоче­ловечестве», в каких и изложена непосредственно вся метафизика Со­ловьева (в основной ее редакции83). Другие варианты, очень суще­

78 Соч., т. I, стр. 350 слл История русской философии - страница 3. 75 Ibid., стр. 355.

80 Соч., т. II, стр. 318.

81 Ibid., стр. 318.

82 По существу, родоначальником этой мифологемы о «другом Абсолютном» нужно считать Фихте, который, изгнав понятие «вещей в себе», выстроил учение о том, как «я» делает «не История русской философии - страница 3-я» (без которого оно не имело бы объекта деятельности). «Не-я» не творится, а «полагается» по внутренней диалектике «я».

83 Несколько другой является та редакция, какую получает метафизика Соловьева в книжке История русской философии - страница 3 «Рос­сия и Вселенская Церковь». См. об этом дальше.

ственные для учения Соловьева о Софии и о душе мира, мы пока не будем излагать, чтоб не затруднить нашего изложения, — позднее мы займемся История русской философии - страница 3 этими вариациями. На данный момент же дадим изложение мета­физики Соловьева по «Чтениям...».

8. По собственному общему плану «Чтения...» дают философию рели­гиозного процесса в населении земли; «религиозное развитие есть... реальное взаимодействие Бога История русской философии - страница 3 и человека — процесс богочелове-ческий»84. С другой стороны (совершенно в духе Гегеля), Соловьев ис­ходит из того, что «исторический и логический порядок в содер­жании собственном, т. е. по внутренней связи, разумеется (!), совпадают История русской философии - страница 3»85. Но нас интересует на данный момент только «логический порядок», чтоб вой­ти в анализ метафизики Соловьева.

Абсолютное первоначало, Бог раскрывается нам в собственном Трие­динстве; эта мысль, по Соловьеву, является «столько же правдой История русской философии - страница 3 умозрительного разума, как и откровением»86, и Соловьев (к этому он нередко ворачивался) пробует методом «разума» раскрыть правду Триединства Божества. Так либо по другому, нужно отрешиться от незапятнанного монизма в учении об История русской философии - страница 3 Абсолютном, и в установлении Триединства в Абсолюте. Соловьев, по существу, исходит из того, что Абсолют­ное нуждается в «идеальной действительности», в «другом», что­бы иметь возможность проявить себя в нем, — лишь на История русской философии - страница 3 этом пути Абсолютное из Одного становится «В с е-единым ». Эта дедукция таким макаром выводит нас за границы Абсолютного; вот почему в развитии этой дедукции (чтение 6-е) Со­ловьев гласит, что История русской философии - страница 3 «всякое определенное бытие может быть перво­начально только актом самоопределения Абсолютного сущего»87.

Но как надо тогда осознавать появление мира видимого (природы), в каком отношении стоит этот видимый мир к Абсолют­ному? Мир История русской философии - страница 3 видимый действителен в собственной множественности и мно­гообразии, но чтоб Абсолютное не оказалось «скуднее и отвле­ченнее» видимого мира, нужно признать в Нем «свой особый, нескончаемый мир », мир безупречный, сферу нескончаемых История русской философии - страница 3 мыслях88. Этот божествен­ный мир, дедукция которого определяется диалектикой понятия «всеединства» (единства во множественности), не кажется Соло­вьеву «загадкой для разума». Напротив— существование мира видимого, подчиненного времени, конечного и условного — оно-то и есть История русской философии - страница 3 подлинная загадка для разума, который стоит тут пе­ред задачей «выведения условного из безусловного»89. Как ре­шает сам Соловьев эту «загадку для разума »? Тайну связи условного

84 Соч., т. III, стр. 37.

85 Ibid., стр История русской философии - страница 3. 39.

86 Ibid., стр. 96.

87 Ibid., стр. 87.

88 Ibid., стр. 116 слл. 85 Ibid., стр. 120.

и бесспорного Соловьев лицезреет в человеке, в его двуприродно-сти, но основная неувязка, намеченная Соловьевым, заключается в «выведении» условного из бесспорного, т. е. в «трансценденталь История русской философии - страница 3­ной дедукции» условного.

Мы уже лицезрели, что в этом порядке Соловьев просто следует диалектике Фихте—Шеллинга, нигде и никогда не «обосновывая» того, что Абсолюту нужно «другое». Другой нрав прини История русской философии - страница 3­мает рассуждение Соловьева, когда он (тоже прямо за Шеллингом) охарактеризовывает «другое» (мир), как неидеальное бытие. Само­утверждение всякого отдельного бытия, вытекающая отсюда веч­ная борьба и разрозненность, обоюдное ликвидирование — все это ха­рактерно для природы История русской философии - страница 3, «прямое следствие внутренней розни» в ней90. Но эта рознь есть неминуемое следствие раздробленности в природном бытии, т. е. эмпирическое зло вытекает из зла метафи­зического. И потому что мир полагается Богом (из История русской философии - страница 3 себя самого), как Его «другое», то Соловьев категорически утверждает, что природный мир есть «только другое, недолжное взаимодействие тех же самых частей, которые образуют и бытие мира божественного»91. Потому что «не История русской философии - страница 3 может быть таких созданий, которые имели бы основание собственного бытия вне Бога либо могли быть субстанционально вне боже­ственного мира», — то, как следует, «природа (в собственном проти­воположении Божеству) может быть только История русской философии - страница 3 другим положением либо перестановкой частей, пребывающих субстанционально в мире божественном». Эти суждения Соловьева, оказавшие ог­ромное воздействие на все позднейшие «софиологические» построе­ния (Флоренского, Булгакова), вообщем на всех, кого увлекает мета­физика всеединства, совсем История русской философии - страница 3 разумеется стоят вне основной идеи христианской метафизики о творении мира. Творение, естественно, значит создание нового, а не ординарную перестановку прежних эле­ментов... Во всяком случае, Соловьев твердо стоит на История русской философии - страница 3 принципе, что божественный и внебожественный миры «различаются меж со­бой не по существу, но по положению»92.

Но это еще не все. Не довольно ли для Абсолюта той идеаль­ной множественности, которая дана в сфере мыслях История русской философии - страница 3? Ведь эта множе­ственность тоже есть нечто «другое » по отношению к изначально­му единству Абсолюта? Но в таком случае вся дедукция «другого» не могла бы доказать возникновения реального бытия История русской философии - страница 3, которое имен­но и есть «условное» бытие. Вот что по этому поводу пишет Соло­вьев: «Идеальной особенности частей недостаточно для само­го божественного начала, как одного; для него нужно, чтоб множественные существа получили свою реальную История русской философии - страница 3 особенность — ибо по другому силе божественного единства либо любви не на чем будет

50 Соч., т. III, стр. 134

51 Ibid., стр. 132.

92 Ibid., стр. 132—133.

проявляться». При всей невыясненности того, почему конкретно ре­альная отдельность История русской философии - страница 3 в бытии в первый раз могла бы насытить в Абсолю­те потребность проявить свою любовь, нужно отметить, что Соловь­ев смело идет к самому трудному вопросу — откуда «реальность» (в смысле чувственно доступной действительности История русской философии - страница 3), как дополнительная (к дилемме множественности) тема в загадке мира? Ах так Соло­вьев разрешает это выведение «условного» из «безусловного»: «Божественное существо не может удовольствоваться нескончаемым со­зерцанием безупречных сущностей (т История русской философии - страница 3. е. одной множественности, как такой. — В.З.) — оно останавливается на каждой из их в от­дельности, утверждает, запечатлевает ее самостоятельное бытие... что и есть акт божественного творчества... Божество свою волю, как безграничную потенцию бытия История русской философии - страница 3, считает во все другое, не за­держивая на для себя, как на едином, а осуществляя либо объективируя ее себе... Каждое существо (при всем этом) теряет непосредствен­ное единство с Богом, нескончаемые предметы История русской философии - страница 3 божественного созерца­ния... становятся в душу живу»93. Единство и тут не исчезает, но потому что оно реализуется только через население земли, то оно уже но­сит «вторичный» нрав. «Все людские элементы История русской философии - страница 3 образуют цельный — вкупе и универсальный, и личный — организм, организм всечеловеческий», это есть" «вечное тело Божества и веч­ная душа мира», что в «Чтениях» и есть София94. С ней должен объединиться Божественный Логос История русской философии - страница 3; Христос есть потому и Логос, и София95.

Беспредельность, присущая в способности Божеству, в отдельных созданиях «получает значение коренной стихии их бы­тия, является центром и основой всей тварной жизни»96. Глобальная душа хотя и История русской философии - страница 3 обладает всем, но удовлетворена не непременно и не совсем — потому что она имеет «все» не от себя, а от божествен­ного начала... потому, владея всем, глобальная душа может желать владеть им по другому История русской философии - страница 3, а конкретно владеть от себя, а не от Бога. В силу этого глобальная душа может... утверждает себя вне Бога. Но отде­ленная от Бога глобальная душа, имея внутри себя только неопределенное История русской философии - страница 3 рвение к всеединству, становится «натурой»97 — и, только в со­единении с божественным началом душа мира становится вселенс­ким организмом, воплощением божественной идеи, т. е. Софией98. И конкретно в человеке глобальная душа внутренне История русской философии - страница 3 соединяется с боже­ственным Логосом в сознании, как незапятанной форме всеединства99.

» Соч., т. III, стр. 137—140.

94 Ibid., стр. 127.

95 Ibid., стр. 115.

96 Ibid., стр. 136.

97 Ibid., стр. 136—146. 58 Ibid., стр. 146.

99 Ibid., стр. 149.

Человек является «естественным посредником меж Богом История русской философии - страница 3 и ма­териальным бытием100. Это «постепенное одухотворение человека через внутреннее усвоение и развитие божественного начала об­разует фактически исторический процесс человечества»101.

«Воплощение Божества, — читаем дальше102, — не есть что-либо расчудесное в История русской философии - страница 3 своем смысле, т. е. не есть нечто чуждое общему порядку бытия, а напротив, значительно связано со всей историей мира и населения земли... к человеку стремилась и тяготела вся приро­да, к Богочеловеку История русской философии - страница 3 направлялась вся история человечества».

Если вникнуть во всю эту концепцию, которой нельзя отка­зать ни в значительности, ни в бесспорном (хотя и частичном толь­ко) синтезе тем метафизической, космологической, антропологи­ческой и историософской История русской философии - страница 3, то основное недоумение относительно этого метафизического всеединства не может быть ничем рассея­но. В толковании Соловьева — не забудем этого — меж Богом и миром нет различия по «существу», по другому говоря, «сущность» в История русской философии - страница 3 Боге и мире одна и та же. Почему же и как множественность в мире (соответственная множественности в сфере мыслях) оказывается окутанной тенденциями обособления? Мы лицезрели, что, по Соловь­еву, сам Бог История русской философии - страница 3 докладывает каждой точке бытия эту силу самосознания (без чего не достигается внеположности Богу всей разнообразной действительности); из недр первого Абсолютного рождается, таким об­разом, коренная двойственность в бытии. Дуализм Бога и История русской философии - страница 3 мира от­мечен потому печатью необходимости, логически неодолимой: Богу необходимо «другое» (мир) конкретно в его «реальности», и, очевид­но, дуализм этот, определяясь внутренней диалектикой в Боге, из­вечен. Мы увидим дальше, что История русской философии - страница 3 следующие изложения метафизики у Соловьева еще больше заостряют дуализм. Но этот чисто онтоло­гический дуализм в то же время связан с тем, что в мире царствует рознь, обоюдная борьба, и эта греховность История русской философии - страница 3 природного бытия прямым об­разом определяется критериями его появления. Но в таком слу­чае источник зла лежит в самом Абсолюте, в непредотвратимой его потребности иметь рядом с собой свое «другое», как «реальный» мир История русской философии - страница 3. Можно было бы потому сказать, что появление мира свя­зано с некий «трещиной» в Абсолюте (см. тот же мотив у Фран­ка, ч. IV, гл. V), с неудачей и неправдой... Если б мир История русской философии - страница 3 был инопри-роден Божеству, т. е. был бы подлинно «тварным» бытием, то его несовершенство разъяснялось бы его тварностью, которая может преображаться через Боговоплощение. Но для Соловьева, как и вообщем для метафизики всеединства История русской философии - страница 3, мир единосущен Богу. Начи­ная с Плотина прямо до Николая Кузанского, а позднее Шеллинга,

100 Соч., т. III, стр. 150.

101 Ibid., стр. 155.

102 Ibid., стр. 165.

мысль «всеединства» непреклонно ведет к этому утверждению едино-сущия Бога История русской философии - страница 3 и мира, и Соловьев (как это справедливо отметил кн. Е. Трубецкой103) строил свою метафизику совсем в линиях пан­теизма. Но тогда как соединить это с христианской доктриной о Боговоплощении? Тут чисто История русской философии - страница 3 словесное сближение идеи Богоче-ловечества с учением о «возвращении» мира к Богу надуманно опо­средствуется тем, что конкретно в человеке происходит внутреннее сочетание души мира с Логосом. Говорим «мнимо» поэтому, что История русской философии - страница 3 у Соловьева зло и распад в природе определяется «необходимостью» для Бога иметь впереди себя внеположное реальное обилие, тогда как по христианской доктрине (еще у ап. Павла) «через че­ловека грех вошел История русской философии - страница 3 в мир»*, и только через спасение человека и мо­жет мир освободиться от зла. В системе Соловьева в человеке только раскрывается, уясняется потаенна мира, но мир и в дочеловеческой при­роде отмечен грехом и История русской философии - страница 3 неправдой. Понятие «Богочеловечества» у Соловьева потому не совпадает с христианской доктриной; в ме­тафизике Соловьева есть ступени возврата мира к Богу — тогда как в христианской доктрине человек таит внутри себя ключ История русской философии - страница 3 и к тому, откуда зло в мире, и к тому, как оно может быть побеждено. Мета­физика Соловьева пантеистична — ив этом причина того внутрен­него искривления христианского учения о Богочеловеке, которое мы История русской философии - страница 3 находим у него. Философские симпатии тянули Соловьева в одну сторону, а религиозное сознание — в другую...

Все это еще острее и резче выступает у Соловьева в книжке «Россия...», но до того как мы изложим История русской философии - страница 3 те новые варианты, кото­рые дает там Соловьев, коснемся еще нескольких пт в его ме­тафизике, как она изложена в «Чтениях...».

9. Мы не будем останавливаться на понятии «первой материи» у Соловьева, которое История русской философии - страница 3 фактически ничего не дает существенного для его метафизики — оно прямо взято, как указал кн. Е. Тру­бецкой10 , у Шеллинга. Еще важнее понятие Софии, которого мы не раз уже касались: оно пустило История русской философии - страница 3 значимые корешки в постро­ениях мыслителей, испытавших воздействие Соловьева. Но о понятии Софии уместнее будет нам гласить после исследования космологии Соловьева, что читатель отыщет далее. На данный момент мы остановимся только на учении История русской философии - страница 3 Соловьева об «идеях».

Учение это есть, естественно, ровная рецепция платоновской док­трины: для Соловьева потому принципиально установить, что «в основе» видимой природы лежит «царство идей». Безупречный космос явля­ется «сущностью видимого мира История русской философии - страница 3, его метафизической базой. Но далее Соловьев достаточно внезапно сближает понятия «атома », «монады»** и «идеи»105. В «основе» (уже в смысле реальной, не

103 Кн. Е. Трубецкой. Op. cit., т. 1, стр. 283. т Ibid., стр. 281—284. 105 Т История русской философии - страница 3. II, Чтение 4-е и 5-е.

безупречной базы) явлений нужно созидать «совокупность элементар­ных сущностей либо обстоятельств нескончаемых и неизменных»106... «Эти сущ­ности именуются атомами». Но дальше эти атомы трактуются уже как силы История русской философии - страница 3 — даже больше: это сущность «существа»107, и их прямо за Лей­бницем следует именовать «монадами». Вот еще свойственное мес­то108: «Основные существа, составляющие содержание безусловно­го начала109, не сущность только неразделимые единицы либо атомы История русской философии - страница 3; они не сущность только живы действующие силы либо монады, — они сущность определенные бесспорным качеством существа либо идеи».

Сближение «атомов» с «монадами» может быть еще оправда­но чисто формальным понятием «атома», как последней единицы История русской философии - страница 3 бытия; вобщем, тут берется не то понятие атома, какое употреб­ляется в физике и химии. Но для чего Соловьеву пригодилось ото­жествлять монады — существа живы и развивающиеся, т. е. ре История русской философии - страница 3­альные — с мыслями, которые, как мы уже довольно лицезрели, не принадлежат миру реальному, — этого ни разъяснить, ни оправдать нереально. Вкус к чисто словесным сближениям у Соловьева и тут проявился с полной силой История русской философии - страница 3...

На этом мы можем окончить изложение общей метафизики Соловьева и перейти к ее специальной части — к космологии.

ш Т. III, с. 51.

107 Ibid., стр. 53.

108 Ibid., стр. 55.

103 Типическая «неосторожность» у Соловьева, трактующего задачи в духе спинозизма История русской философии - страница 3. См. справедливые замечания у кн. Е. Трубецкого о том, что в учении Соловьева «отсутствует грань меж магическим и естественным» (Op. cit., т. I, стр. 293). Тут кн. Трубецкой отлично вскрывает ошибки и противоречия История русской философии - страница 3 у Соловьева.

Глава II

Владимир Соловьев (Продолжение)

1. Метафизика Соловьева, как мы лицезрели, выводится им из об­щего учения об Абсолюте, и тут он своеобразно соединяет Шел­линга со Спинозой, где История русской философии - страница 3-то привнося элементы платонизма. В кос­мологии же, хотя она в главных принципах определялась его метафизикой, Соловьев, непременно, был более самостоятелен, не раз перерабатывал свои построения, и конкретно с космологией более всего История русской философии - страница 3 связано воздействие Соловьева в следующих исканиях российской мысли. Учение о душе мира, о Софии у Соловьева по собственному суще­ству космологично (это, естественно, не отодвигает на 2-ой план ан­тропологический нюанс его История русской философии - страница 3 учения о Софии, а только подчиняет его космологической концепции). Совместно с тем с космологией свя­зана у Соловьева неувязка зла и хаоса; эта неувязка истязала его всю жизнь, приняв в последние годы История русской философии - страница 3 жизни особо острый харак­тер.

Для исследования космологии Соловьева важны его две книжки — «Чтения о Богочеловечестве» (т. III) и «Россия и Вселенская Цер­ковь» (часть III). Мы будем опираться в нашем изложении конкретно История русской философии - страница 3 на эти две книжки.

Природа, по учению Соловьева, сразу множественна и едина. С одной стороны, в ней царствует начало разобщенности — место и время отделяют точки бытия друг от друга. Много­образие в История русской философии - страница 3 природе есть, в сути, повторение изначального мно­гообразия в сфере мыслях, и в этом смысле природа в сути собственной не отлична от Абсолюта. Но недаром она есть его «другое»: пусть в природе История русской философии - страница 3 те же элементы, что и в Первоначале, но они находятся в ней «в недолжном соотношении»1: обоюдное вытеснение, вражда и борьба, «внутренняя рознь» выявляют черную базу в природе, то хаотическое начало, которое типично для История русской философии - страница 3 «внебожественно­

1 Соч., т. III, стр. 1. 31 Зеньковский В.В.

го бытия». Вкупе с тем буйствующие в природе силы не разруша­ют ее; природа сохраняет свое единство, хаос повсевременно укроща­ется самой История русской философии - страница 3 природой, являющейся в целом подлинным космосом. Пред нами появляются, таким макаром, две задачки: осознать самое появление реальной множественности, «вывести условное из безусловного»2, а с другой стороны — осознать, в чем условие един­ства в природе.

Обратимся История русской философии - страница 3 поначалу к первой теме.

Мы уже знаем, что, по мысли Соловьева, одной безупречной мно­жественности недостаточно для Первоначала, которое нуждается (для проявления любви) конкретно в «реальном» бытии. Напомним снова История русской философии - страница 3 уже приведенную формулу Соловьева: «Божественное Суще­ство не может удовольствоваться нескончаемым созерцанием безупречных сущностей — оно останавливается на каждой из их в отдельнос­ти, утверждает ее самостоятельное бытие»3. Настоящая мно­жественность, как лицезреем, должна История русской философии - страница 3 своим бытием самому Перво­началу, внутренняя диалектика которого ведет к появлению разделенности, а поэтому и разобщенности в реальном бытии. «Каж­дое существо, — пишет Соловьев, — теряет свое непосредствен­ное единство с Божеством История русской философии - страница 3... получает (действие) божественной воли себе и в нем приобретает живую реальность. Это уже не безупречные существа (идеи), а живы существа, имеющие свою действительность». Начало самоооособления, уходя­щее своими корнями в сферу Божественную История русской философии - страница 3, оказывается потому беспределъным. «То безграничное, — пишет Соловьев, — что яв­ляется в Божестве только потенцией, получает значение коренной стихии в личных созданиях, есть центр и база всей тварной жизни»4.

Но настоящая множественность не История русской философии - страница 3 исключает единства приро­ды — это единство реализуется «мировой душой». Это понятие «ми­ровой души», сделанное в первый раз Платоном, не вошло поначалу в хри­стианскую метафизику, но уже в средневековой философии оно равномерно завоевывает свое История русской философии - страница 3 прежнее место в космологии, а со вре­мени Возрождения находит много жарких защитников, хотя резко расползается с механическим осознанием природы, как оно стало креп­нуть с XVI в. Соловьев берет История русской философии - страница 3 это понятие у Шеллинга, но идет существенно далее его. «Душа мира, — пишет Соловьев, — есть и единое и все — она занимает посредствующее место меж множе­ственностью живых созданий и бесспорным единством Божества». К История русской философии - страница 3 этому формальному определению понятия «души мира» присое­диняются еще черты, характеризующие функции мировой души.

1 Соч., т. III, стр. 120, 129.

3 Ibid. стр. 137.

4 Ibid., стр. 134-6.

Сначала, «душа мира есть живое средоточие всех тварей — сущий История русской философии - страница 3 субъект тварного бытия»; конкретно это понятие мировой души от Соловьева перебежало к ряду российских мыслителей (кн. С. и Е. Тру­бецкие, Флоренский, Булгаков, частично Лосский). Совместно с тем поня­тие мировой души уже в «Чтениях История русской философии - страница 3...» употребляется Соловьевым для разъяснения коренного дуализма в бытии. Объединяя мир и охраняя его в единстве, душа мира сама противоборствует Абсолюту и противо­поставляет ему мир. «Душа мира, — пишет Соловьев5, — есть суще­ство История русской философии - страница 3 двоякое: она заключает внутри себя и божественное начало и тварное бытие, но, не определяясь ни тем, ни другим, пребывает сво­бодной». Этот момент свободы вводится Соловьевым для раскрытия того История русской философии - страница 3, как раздвоение в Абсолюте (при разработке собственного «другого») преобразуется в дуалистическое противоставление мира Абсолюту. «Обладая "всем", глобальная душа может желать владеть им по другому, чем обладает, может желать владеть им от себя История русской философии - страница 3, т. е. как Бог». Это предзаложено в свободе, присущей мировой душе; «возможность» стала потом практически реальностью — и «этим глобальная душа отде­лила собственный относительный центр бытия от Абсолюта, утвердила себя вне Бога. Но этим она История русской философии - страница 3 растеряла свою свободу в отношении творе­ния, растеряла власть над ним (ибо уже полностью погружена в него). Единство мироздания распадается, глобальный организм превраща­ется в механическую совокупа атомов; вся тварь История русской философии - страница 3 подвергается суете и рабству тления... по воле мировой души, как одного свобод­ного начала природной жизни... Свободным актом мировой души объединяемый ею мир отпал от Божества и распался на огромное количество враждующих частей История русской философии - страница 3 ».

Не будем смотреть на данный момент за ступенями космологического про­цесса, в каком равномерно, хотя и с усилиями, преодолевается внутренняя рознь в бытии. Принципиально то, что, когда возникает на зем­ле человек, в История русской философии - страница 3 истории мира наступает глубочайшая и значимая пе­ремена — глобальная душа раскрывается в новеньком собственном действии и значении конкретно в человеке — притом не в отдельном человеке, а в населении земли, как История русской философии - страница 3 целом. Душа мира раскрывается, как «идеальное человечество», и поэтому над галлактическим процессом, шедшим в мире ранее, высится сейчас исторический процесс, движи­мый все той же мировой душой (сейчас уже называемой Софией). Глобальная История русской философии - страница 3 душа, по природе собственной причастная Божеству, ищущая через космогонический процесс преодоления дуализма (в каком она сама виновата), воссоединяется с Божеством, — поточнее говоря, с Логосом. Это воссоединение осуществляется в сознании и до­стигает собственного окончания История русской философии - страница 3 во Христе — «центральном и совершен­ном личном проявлении Софии».

5 Соч., т. III, стр. 139-142.

31*

Введение новейшей терминологии, нового понятия «Софии»6 от­крывает перед Соловьевым и новые перспективы. Но в «Чтениях... «понятие Софии еще История русской философии - страница 3 тождественно с понятием мировой души; в предстоящем Соловьев отходит от этого отождествления. Чтоб проследить эволюцию этого понятия, обратимся к книжке «Россия и Вселенская Церковь», после которой понятие Софии значительно История русской философии - страница 3 уже не изменялось у Соловьева.

2. Вот что мы читаем в книжке «Россия...»: «Возможность хаоти­ческого существования, от века содержащаяся в Боге, вечно подав­ляется Его могуществом, осуждается Его правдой, уничтожается Его благодатью. Но Бог История русской философии - страница 3 любит хаос в его небытии, и Он желает, чтоб сей последний существовал... Потому Он дает свободу ха­осу... и тем выводит мир из его небытия»7. «Самая сущность внебоже-ственной природы либо хаоса» заключается История русской философии - страница 3 «в стремлении к раз­дроблению и разложению тела вселенной»,— и душа мира, носительница хаотической силы, «от века существует в Боге в со­стоянии незапятанной мощи»8. Но душа мира не только История русской философии - страница 3 лишь не отождествля­ется сейчас с Софией, а, напротив, объявляется «антитипом боже­ственной Премудрости»9. София же, по новенькому учению Соловьева, есть «универсальная субстанция», «субстанция Божественной Тро­ицы»10. Но София не только лишь «субстанция История русской философии - страница 3 Бога», она есть и «истин­ная причина творения и его цель, она есть принцип («начало»), в каком Бог сделал небо и землю»11. Потому в Софии совершенно заключена «объединяющая сила разбитого и раздробленного мирового История русской философии - страница 3 бытия», — ив конце мирового процесса она откроется, «как Королевство Божие». Поэтому-то она и не есть душа мира, но «ан­гел-хранитель мира»; она уже есть «субстанция Св. Духа, но­сившегося над История русской философии - страница 3 аква тьмой нарождающегося мира»12, она есть «лучезарное и небесное существо, отделенное от тьмы земной ма­терии»15.

Это учение о Софии, различение ее от всего сердца мира осталось у Соловьева История русской философии - страница 3 уже до конца жизни постоянным; в особенности принципиально то, что София есть «небесное существо ». Но ее роль в возник­новении мира нарушает цельность этой концепции, — и здесь у Со­ловьева (как и у История русской философии - страница 3 его последователей) опять ворачиваются мотивы, которые были уже выражены в «Чтениях».

6 Отметим, что оно уже встречается в работе «Философские начала...» (т. I, стр. 6), но осталось там совсем неразвитым.

7 «Россия...» (цитируем по История русской философии - страница 3 русскому изданию, Москва 1911 г.), стр. 335.

8 Ibid., стр. 339—340. ' Ibid., стр. 339.

10 Мы увидим рецепцию этой идеи у о. С. Булгакова.


istoriya-stroitelstva-bam-referat.html
istoriya-strukturalizma-i-poststrukturalizma.html
istoriya-studencheskogo-pedagogicheskogo-otryada.html