История развития высших психических функций

Л.С. Выготский

Если мы обратимся к средствам социальной связи, мы узнаем, что и дела меж людьми бывают двойственного рода. Вероятны неопосредованные и опосредованные дела меж людьми. Неопосредованные основаны на подсознательных формах выразительного движения и деяния. Когда Келер обрисовывает мортышку, желающую достигнуть того, чтоб другая мортышка пошла с ней совместно История развития высших психических функций, как она глядит ей в глаза, подталкивает ее и начинает действие, к которому она желает склонить свою подругу, пред нами традиционный пример конкретной связи общественного нрава. В описаниях общественного поведения шимпанзе приводятся бессчетные примеры, когда одно животное повлияет на другое либо средством действий, либо средством подсознательных автоматических выразительных движений История развития высших психических функций. Контакт устанавливается через прикосновение, через вопль, через взор. Вся история ранешних форм общественного контакта у малыша полна примерами подобного рода, и тут мы лицезреем контакт, устанавливаемый средством клика, хватания за рукав, взглядов.

На более высочайшей ступени развития выступают, но, опосредованные дела меж людьми; значимым признаком таких отношений служит символ История развития высших психических функций, при помощи которого устанавливается общение. Разумеется, что высшая форма общения, опосредованная знаком, растет из естественных форм конкретного общения, но все таки последние значительно отличаются от нее.

Таким макаром, подражание и разделение функций меж людьми – основной механизм модификации и трансформации функций самой личности. Если мы разглядим начальные формы трудовой деятельности История развития высших психических функций, то увидим, что там функция выполнения и функция управления разбиты. Принципиальный шаг в эволюции труда последующий: то, что делает надсмотрщик, и то, что делает раб, соединяется в одном человеке. Это, как мы увидим ниже, основной механизм случайного внимания и труда.

Все культурное развитие малыша проходит три главные ступени, которые, пользуясь История развития высших психических функций расчленением Гегеля, можно обрисовать в последующем виде.

Разглядим для примера историю развития указательного жеста, который, как мы увидим, играет очень важную роль в развитии речи малыша и является вообщем в значимой степени старой основой всех высших форм поведения. Сначала указательный жест представляет собой просто неудавшееся хватательное движение, направленное на предмет и История развития высших психических функций обозначающее дальнейшее действие. Ребенок пробует схватить очень далековато отстоящий предмет, его руки, протянутые к предмету, остаются висеть в воздухе, пальцы делают указательные движения. Эта ситуация – начальная для предстоящего развития. Тут в первый раз появляется указательное движение, которое мы вправе условно именовать указательным жестом внутри себя. Тут есть движение История развития высших психических функций малыша, беспристрастно указывающее на предмет, и только.

Когда мама приходит на помощь к ребенку и осмысливает его движение как указание, ситуация значительно меняется. В ответ на неудавшееся хватательное движение малыша появляется реакция не со стороны предмета, а со стороны другого человека. Начальный смысл в неудавшееся хватательное движение заносят, таким История развития высших психических функций макаром, другие. И только потом, на базе того, что неудавшееся хватательное движение уже связывается ребенком со всей беспристрастной ситуацией, он сам начинает относиться к этому движению как к указанию.

Тут меняется функция самого движения: из движения, направленного на предмет, оно становится движением, направленным на другого человека, средством История развития высших психических функций связи; хватание преобразуется в указание. Благодаря этому само движение редуцируется, сокращается и вырабатывается та форма указательного жеста, про которую мы вправе сказать, что это уже жест себе. Но жестом себе движение становится не по другому, как будучи поначалу указанием внутри себя, т.е. владея беспристрастно всеми необходимыми функциями для указания История развития высших психических функций и жеста для других, т.е. будучи осмыслено и понято окружающими людьми как указание.

Ребенок приходит, таким макаром, к пониманию собственного жеста последним. Его значение и функции создаются сначала беспристрастной ситуацией и потом окружающими малыша людьми. Указательный жест ранее начинает указывать движением то, что понимается другими, и только История развития высших психических функций позже становится для самого малыша указанием.

Таким макаром, можно сказать, что через других мы становимся самими собой, и это правило относится не только лишь к личности в целом, да и к истории каждой отдельной функции. В этом и состоит суть процесса культурного развития, выраженная в чисто логической форме. Личность История развития высших психических функций становится себе тем, что она есть внутри себя, через то, что она предъявляет для других. Это и есть процесс становления личности. Тут в первый раз в психологии ставится во всей значимости неувязка соотношений наружных и внутренних психологических функций. Тут, как уже сказано, становится ясным, почему с необходимостью все внутреннее История развития высших психических функций в высших формах было наружным, т.е. было для других тем, чем сейчас является себе. Всякая высшая психологическая функция нужно проходит через внешнюю стадию развития, так как функция является сначало социальной. Это центр всей препядствия внутреннего и наружного поведения. Многие создатели уже указывали на делему интериоризации, перенесения поведения вовнутрь История развития высших психических функций. Кречмер лицезреет в этом закон нервной деятельности. Бюлер всю эволюцию поведения сводит к тому, что область отбора нужных действий переносится снаружи вовнутрь.

Но мы имеем в виду другое, когда говорим о наружной стадии в истории культурного развития малыша. Для нас сказать о процессе «внешний» – означает сказать «социальный». Всякая высшая История развития высших психических функций психологическая функция была наружной поэтому, что она была социальной ранее, чем стала внутренней, фактически психологической, функцией, она была до этого соц отношением 2-ух людей. Средство воздействия на себя сначало есть средство воздействия других на личность.

У малыша шаг за шагом можно проследить смену 3-х главных форм развития в функциях речи. Ранее всего История развития высших психических функций слово должно владеть смыслом, т.е. отношением к вещи, должна быть беспристрастная связь меж словом и тем, что оно значит. Если ее нет, предстоящее развитие слова нереально. Дальше беспристрастная связь меж словом и вещью должна быть функционально применена взрослым как средство общения с ребенком. Потом только История развития высших психических функций слово становится осмысленным и для самого малыша. Значение слова, таким макаром, до этого беспристрастно существует для других и только потом начинает существовать для самого малыша. Все главные формы речевого общения взрослого с ребенком позднее становятся психологическими функциями.

Мы можем сконструировать общий генетический закон культурного развития в последующем виде: всякая функция в культурном История развития высших психических функций развитии малыша возникает на сцену два раза, в 2-ух планах, сначала – соц, позже – психическом, сначала меж людьми, как категория интерпсихическая, потом снутри малыша, как категория интрапсихическая. Это относится идиентично к произвольному вниманию, к логической памяти, к образованию понятий, к развитию воли. Мы вправе рассматривать высказанное положение История развития высших психических функций как закон, но, очевидно, переход снаружи вовнутрь трансформирует сам процесс, изменяет его структуру и функции. За всеми высшими функциями, их отношениями на генном уровне стоят социальные дела, реальные дела людей. Отсюда одним из главных принципов нашей воли является принцип разделения функций меж людьми, разделение надвое того, что на данный момент слито История развития высших психических функций в одном, экспериментальное развертывание высшего психологического процесса в ту драму, которая происходит меж людьми».

Мы потому могли бы обозначить основной итог, к которому приводит нас история культурного развития малыша, как социогенез высших форм поведения.

Слово «социальное» в применении к нашему предмету имеет огромное значение. Сначала, в самом широком История развития высших психических функций смысле оно обозначает, что все культурное является соц. Культура и есть продукт социальной жизни и публичной деятельности человека, и поэтому самая постановка трудности культурного развития поведения уже вводит нас конкретно в соц план развития. Дальше, можно было указать на то, что символ, находящийся вне организма, как и орудие История развития высших психических функций, разделен от личности и служит, по существу, публичным органом либо соц средством.

Еще, дальше, мы могли бы сказать, что все высшие функции сложились не в биологии, не в истории незапятнанного филогенеза, а сам механизм, лежащий в базе высших психологических функций, есть слепок с общественного. Все высшие психологические функции сущность интериоризованные дела История развития высших психических функций общественного порядка, база социальной структуры личности. Их состав, генетическая структура, метод деяния,– одним словом, вся их природа социальна; даже превращаясь в психологические процессы, она остается квазисоциальной. Человек и наедине с собой сохраняет функции общения.

Изменяя известное положение Маркса, мы могли бы сказать, что психологическая природа человека представляет собой совокупа публичных История развития высших психических функций отношений, перенесенных вовнутрь и ставших функциями личности и формами ее структуры. Мы не желаем сказать, что конкретно таково значение положения Маркса, но мы лицезреем в этом положении более полное выражение всего того, к чему приводит нас история культурного развития.

В связи с высказанными тут идеями, которые в История развития высших психических функций суммарной форме передают основную закономерность, наблюдаемую нами в истории культурного развития и конкретно связанную с неувязкой детского коллектива, мы лицезрели: высшие психологические функции, к примеру функция слова, ранее были разбиты и распределены меж людьми, позже стали функциями самой личности. В поведении, понимаемом как личное, нереально было бы ждать ничего История развития высших психических функций подобного. До этого из личного поведения психологи пробовали вывести соц. Изучили личные реакции, отысканные в лаборатории и потом в коллективе, изучали, как изменяется реакция личности в обстановке коллектива.

Такая постановка препядствия, естественно, совсем легитимна, но она обхватывает на генном уровне вторичный слой в развитии поведения. 1-ая задачка анализа – показать, как из История развития высших психических функций форм коллективной жизни появляется персональная реакция. В отличие от Пиаже мы полагаем, что развитие идет не к социализации, а к превращению публичных отношений в психологические функции. Потому вся психология коллектива в детском развитии представляется в совсем новеньком свете. Обычно спрашивают, как тот либо другой ребенок ведет себя в История развития высших психических функций коллективе. Мы спрашиваем, как коллектив делает у того либо другого малыша высшие психологические функции.

Ранее подразумевали, что функция есть у индивидума в готовом, полуготовом либо зачаточном виде, в коллективе она развертывается, усложняется, увеличивается, обогащается либо, напротив, тормозится, угнетается и т.д. Сейчас мы имеем основания считать, что в отношении высших История развития высших психических функций психологических функций дело должно быть представлено диаметрально обратно. Функции сначала складываются в коллективе в виде отношений малышей, потом становятся психологическими функциями личности. А именно, до этого считали, что каждый ребенок способен размышлять, приводить резоны, обосновывать, находить основания для какого-либо положения. Из столкновений схожих раздумий рождается спор История развития высших психических функций. Но дело практически обстоит по другому. Исследования демонстрируют, что из спора рождается размышление. К тому же самому приводит нас исследование и всех других психологических функций.

& Выготский, Л.С. Собрание сочинений: В 6-и т. / Л.С. Выготский. – Т. 3. – М.: Педагогика, 1983. – С.147.


istoriya-russkoj-filosofii-stranica-3.html
istoriya-russkoj-letopisi.html
istoriya-russkoj-matryoshki.html